Журнал "Путь" №56

 

Frank Gavin

 

Из далекой Америки пришла нежданная и жданная весть: скончался Франк Гавин. Давно уже шли тревожный вести о его здоровье, но как то не мирилась мысль, что смерть подлинно стоит у его ложа, — этого крепкого человека в цвете сил, всего 47 лет. Господу было угодно в урочный, Ему одному ведомый час, отозвать к Себе верного Своего раба. Всякая смерть оставляет пустое место и вырывает кусок сердца у близких. Но эта смерть тяжким стоном отзовется во многих и многих сердцах, ибо этому человеку был нарочито свойственен высший дар Божий: любить и быть любимым ответной любовью. Самой потрясающей и светлой чертой его отношения к людям было бескорыстное благоволение и неустанная благожелательность, дар дружественной любви: так именно вспоминается его взгляд, улыбка, голос, он сам... В этой доброте и чистоте его сердца было нечто детское, — такое, о чем сказано, что если не будете как дети, не внидете в Царствие Божие. Как много, наверное оставил он друзей, ему обязанных, им поддержанных, обрадованных и утешенных. Пишущему эти строки дано было на себе изведать эту дружбу и верность, испытать его помощь в трудные времена. Как рыцарь, ринулся он в защиту христианской свободы и достоинства мысли от темноты и насилия, и как верный друг, себя он умел как то слить и отождествить с делом другого. Сколь немногие имеют этот дар и как немногие умеют его ценить! В дни моего пребывания в Нью-Горке, General Theological Seminary, и в ней квартира Гавина, стали для меня как бы родным домом в огромном чужом городе. В лице его мы имели неизменного ходатая по русским делам в Америке. Его неустанная работа по организации помощи Русскому Богословскому институту в Париже не забудется в сердцах наших.

63

 

Проф. Гавин имел исключительное значение конечно прежде всего в жизни своей родной церкви, — о чем не призван судить иностранец, но оно было значительно также и в христианском экуменическом движении, в котором я встречал его в течение 10-ти лет и неизменно чувствовал его особую к себе близость. Как англо-католик, он в такой мере приближался к православию (сохраняя при этом всю крепость и здоровье своей епископальной церкви), что я чувствовал его как бы собратом в священнослужении, как бы уже находящимся в единении церковном, это была некая личная уния ранее внешнего соединения церквей, что бывает в отдельных случаях церковной дружбы. В Continuation CommitteeЛозаннской конференции (1927-37), как и во время Эдинбургской конференции (1937), я имел от него неоцененную поддержку в самом жгучем и трудном вопросе о почитании Богоматери, т. как мне было особенно дорого узнать, что он погребен был в Богородичном храме (где и мне довелось однажды проповедовать во славу Пречистой). Верится, что Пресвятая Дева, которая, по верованию Церкви, подает особую помощь отходящим из этого мира, Своим Покровом осенила чтителя Своего...

Имя проф. Гавина, как богослова, пользовалось почитанием у себя на родине и в Европе*). Его монография о греческом богословии (недавно заново переизданная) является в своем роде единственной. Его различные богословские этюды**) представляют собой образец научного метода. Его лекции были содержательны и блестящи. Его положение в качестве секретаря комиссии Американской Епископальной церкви по внешним сношениям естественно определяло для него видное место в между-исповедных сношениях (в последний раз он участвовал в делегации английских богословов при их поездке в Румынию). Наконец, его мысль и сердце были открыты и для социальной проблематики, причем в нем соблюдалось так трудно достижимое и сравнительно редкое равновесие между Христианством и социальностью, которое обычно так легко нарушается.

Невозможно исчерпать и перечислить все эти дела, который ныне идут за ним в вечность, но над всеми ними возвышается благостный и мудрый образ его личности, — вселенского христианина, епископального исповедания: «пото-

_______________________

*) Имя проф. Гавина стоит и в списке сотрудников журнала.

**) В богословских сборниках Лозаннского движения: The Grace, Ministry and Sacraments, a New Commentary on Holy Scripture. The Jewish Antecedents of the Christian Sacraments. London. 1928 и др.

64

 

му узнают все, что вы мои ученики, если будете иметь любовь между собою». (Иоан. 13, 35).

С чувством глубокого умиления и сердечной благодарности склоняю колена у ранней могилы и молю Господа сил, да упокоит Он в селениях праведных раба Своего.

 

Пр. С. Булгаков.

65

 

 

Поделиться в социальных сетях: